
Автор оригинала
palominopup
Оригинал
https://archiveofourown.org/works/4284762/chapters/9705147
Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Дин - владелец тату салона «Purgatory Ink». Кас - профессор университета и писатель.
Примечания
обложочка: https://t.me/bunkerwith_pies/7068
тгк переводчика: https://t.me/bunkerwith_pies
тгк беты: https://t.me/mousepaint
Часть 3
01 сентября 2024, 08:00
Кастиэль хотел придушить Дина, который вёл себя как... Как... Как самоуничижительный маленький засранец!
После того, как Кроули ушёл, Кастиэль всё понял.
Всё было просто, как дважды два, как учить буквы, как считать на палочках или как рисовать солнце в углу листа — Кроули подумал, что Кастиэль нравится Дину, и отступил. Кроули дорожил своей дружбой с Дином, и поэтому не стал разводить лишней драмы.
Однако так ли сильно Дин был заинтересован в Кастиэле?
Кастиэль не хотел прикладывать усилия к выстраиванию пустых взаимосвязей — тратить своё время на что-то невзрачное с Дином казалось бессмысленным. Кастиэль встал бы на эту дорогу только в том случае, если она могла привести их двоих к чему-то ценному, к чему-то важному и большому — он стал слишком взрослым для секса на одну ночь, и Аластер доказал это. Кастиэль искал партнёра, парня... Ладно, это всё звучало по-детски и не передавало его потребность в полной мере... Отношений — вот слово, которое он пытался подобрать. Кастиэль искал отношений.
Он предполагал, что так или иначе узнает, что чувствует Дин.
На следующее утро он вновь вернулся к работе над романом, прямо к третьей главе: ангел Каэль наблюдал за солдатом издалека, желая его; пока солдат только-только начинал признаваться самому себе, что ангел в мужском обличье кажется ему привлекательным. На этот раз Кастиэль удачно заметил, что его свободное время подошло к концу, и пара должна начаться через пять минут — он сохранил свою работу и направился в лекционную аудиторию без опозданий.
В пятницу его расписание было легким: Кастиэлю надо было провести всего лишь одну утреннюю пару, а затем отдежурить на кафедре до двух, и после он был свободен.
Кастиэль вышел на парковку и остановился как вкопанный: Аластер ожидал его, прислонившись к крылу BMW.
— Добрый день, Аластер.
— Привет, Кастиэль, — мужчина выпрямился. — Ты выглядишь по-другому в своей профессорской одежде.
Кастиэль не был уверен, разрешится ли эта встреча мирно. Он небрежно огляделся: парковка для преподавателей была в основном пуста, в пятницу все старались освободиться пораньше. Аластэр заметил, как напряженно Кастиэль обдумывал сложившуюся ситуацию:
— Кастиэль, я не какой-нибудь псих. Я не настолько сумасшедший, чтобы пытаться силой затащить тебя в машину и… О господи, послушай, я просто подумал, что мы подходим друг другу… Сексуально. И я надеялся, что мы сможем снова увидеться.
— Аластер, я просто не… — Кастиэль не мог оскорбить сексуальные предпочтения этого человека, это грубо, и такое заявление нанесло бы удар по самолюбию любого мужчины. — Я ищу отношений, а не случайных встреч на ночь.
— Ну, мы могли бы попробовать больше проводить времени вместе. Посмотрим, к чему это приведет?..
— Я встретил кое-кого и действительно хочу, чтобы у нас всё сложилось, — это не было откровенной ложью, ведь Кастиэль действительно встретил Дина и хотел бы узнать, как далеко они смогут зайти вместе… Если, конечно, они смогут положить начало хоть чему-то.
— Ладно. Хорошо, — Аластер отступил от его машины. — Надеюсь, у тебя всё получится… Сохрани мой номер… На всякий случай.
— Я так и сделаю, — Кастиэль нагло лгал. Он с облегчением смотрел, как мужчина уходил к своему пикапу. Кастиэль сел в свою машину и наконец-то спокойно выдохнул, действительно надеясь, что это последний раз, когда он видит Аластера.
Кастиэль снова сидел за своим столом, однако на этот раз его пальцы не бегали над клавиатурой, стараясь угнаться за вдохновением. Медленное оцепенение сковало его тело, и даже его взгляд был пустым, направленным в никуда. Это был вечер пятницы, и он был дома, в своей квартире — он был абсолютно один. Кастиэль был одинок настолько, что у него не было даже домашнего питомца… Боже, у него даже не было никакого растения...
Кастиэль чувствовал себя покинутым, хотя в этой жизни он не был выброшен на берег: время от времени он ездил в Нью-Йорк, и его приглашали на яркие гламурные вечеринки; университет устраивал светские встречи для факультетов, и он так же получал на них приглашения. Ещё пару недель назад пятничные вечера Кастиэль проводил в баре с мартини. А теперь, если вычеркнуть вчерашний вечер, который его бы студенты окрестили «ёбанным пиздецом», он просто ходил на работу и возвращался домой по заученному маршруту — радует только, что в перерывах от повседневной рутины он продолжал писать.
Габриэль называл его отшельником, хотя Кастиэль им не был. У него были друзья... Ладно, у него были близкие знакомые. Наверное, за исключением брата, Кастиэль мог бы назвать ещё одного человека своим другом — его агента, Мэг. Кастиэль набрал её номер.
— Ну, здравствуй, Кларенс. Ты удостоил меня такой чести, что даже сам позвонил, чему же я обязана?
— Я скучный?
Её звонкий смех был слышен за тысячу миль, разделявших их.
— Скучный? Ты? Кастиэль, тебя все и везде любят — ты пользуешься популярностью во всех социальных кругах. Может быть, ты и зануда, но точно не скучный.
— Зануда? Я — зануда? — голос Кастиэля прозвучал странно даже для его собственных ушей: слишком высоко и резко.
— Что на самом деле не так, дорогой?
— Я встретил кое-кого.
— Рассказывай! Мне нужны подробности! — Мэг оживлённо взвизгнула, и Кастиэль поморщился, на пару секунд отодвигая телефон от уха.
— Его зовут Дин. Он очень красивый татуировщик, точнее он владеет собственным тату-салоном. Ами порекомендовал его, и он…
— Он хорош в постели?
— Боже, Мэг, я только-только встретил этого человека. Мы даже не узнали друг друга как следует... И я не уверен, что понравился ему.
— Так заинтересуй его! Соблазни этого мужчину. Покажи ему своё великолепное тело, и он будет у твоих ног, — Кастиэль закрыл глаза и мысленно застонал: Мэг однажды видела его нагим, и теперь не упускала ни единой возможности затронуть эту тему в разговоре. Обычно, если Кастиэль приезжал в Нью-Йорк, он оставался ночевать у Мэг. И в последний его визит, пока Кастиэль принимал душ, она влетела маленьким ураганом в ванную комнату — Мэг села на унитаз и без умолку говорила о продажах книг, пока он, абсолютно шокированный, беспомощно замер за прозрачными стеклянными стенками душа. Кастиэль вспомнил их дискуссию о неприкосновенности частной жизни, разразившуюся тогда: он стоял там в пене от шампуня, стекающей с его волос, а Мэг блестяще оправдывалась тем, что раз уж Кастиэль — гей, то для него не должно быть волнительным показаться голым перед девушкой. Она изложила это так логично, что у Кастиэля не было желания спорить.
— И почему я обратился за советом именно к тебе? — сухо спросил Кастиэль.
— Понятия не имею. Как будто я королева отношений… Лучше расскажи, как там продвигается работа над новой книгой? Уже есть синопсис?
— Да, я его уже закончил и сейчас работаю над четвертой главой.
— Видишь, вот почему ты мой любимый автор.
Их разговор длился еще двадцать минут, пока Мэг не потребовалось вернуться к своим делам.
— Серьезно, Кларенс, соблазни этого мужчину. Целую.
***
На новой гигантской плазме Дина в данный момент шёл «Железный человек 3». Сэм и Джесс уютно устроились на широком диване, по-птичьи прижавшись друг к другу; Дин почти утонул в своем кресле с откидной спинкой, прислонившись к которому, сидела на полу Чарли — буквально миг назад Дин запустил зернышком попкорна ей в голову, а она, дурачась, ударила его подушкой в ответ; Эш и его нынешняя подружка расположились на софе. Тарелки с закусками заполонили всё вокруг. Каждый пятничный вечер их компания собиралась ради просмотра парочки фильмов. Раньше на такие домашние тусовки приходил и Бенни, но в последнее время он пропускал общий сбор, так как начал принимать участие в турнирах по дартсу — возможно, это было всего лишь оправдание. Этим утром, после вечеринки у Кроули, Дин чувствовал себя дерьмово: будильник раздражающе звонил, разжигая головную боль всё сильнее, но он не мог остаться в кровати подольше и опоздать на работу. К счастью, руки Дина не дрожали с похмелья, да и первым клиентом была девушка с простеньким узором маори на лодыжке — с такой задачей он справился бы и в худший день. Дин выпил три чашки специальной смеси от Гейба, которая должна была поставить его на ноги, и всё еще чувствовал себя дерьмово, но, по крайней мере, он мог сосредоточиться. Дин не мог вспомнить, когда в последний раз вот так напивался. К сожалению, вчерашнего алкоголя оказалось мало, чтобы стереть из памяти его отвратительное поведение и то, каким конченным придурком он был не только в отношении Каса, но и Кроули. Дин вёл себя на вечеринке как последний осёл, и на трезвую голову ему хотелось извиниться перед другом. Ещё Дин был действительно удивлен, что Кас не отказался от его услуг и всё ещё не отменил запись на воскресенье. Радовало, что Чарли и Эш не заметили, как Дин покинул вечеринку раньше официального окончания, да ещё и не самостоятельно... Начались титры, и все встали, чтобы помочь Дину убрать еду и пивные бутылки. Сэм и Джесс уходили последними. — Дин, Джесс и я... У нас есть кое-какие новости... — Да? — Дин убирал DVD-диск обратно в коробку и даже не посмотрел на брата. — Это важно, — голова Дина дернулась вверх, как будто он ожидал какой-то опасности, но перед ним была только его семья, целая и невредимая: Джесс крепко держала Сэма за руку и нежно улыбалась ему. — У нас... Эм... Будет ребенок. — Ребенок? — Дин повторил за братом последнюю часть фразы как неосознанное эхо. Он присел на край кофейного столика, чувствуя как первый шок наваливается на его плечи. — Да, теперь ты — дядя Дин, — тихо подтвердила Джесс. — Ребенок? — ещё раз повторил Дин, но теперь его голос звучал гораздо легче. Он встал, чтобы по-медвежьи крепко обнять свою невестку и радостно закружить её над полом. В начале вечера он, конечно, удивился, что Джесс пила яблочный сок вместо пива, но подумал, что у неё могла быть смена в больнице этой ночью. Такой новости он не ожидал, но был безумно счастлив её узнать. Дин повернулся к Сэму и заключил его в такие же крепкие объятия: — Я люблю тебя, Сэмми, — прошептал он Сэму. — Я тоже люблю тебя, Дин, — глаза Сэма влажно блестели, когда он отстранился. — Когда вы узнали? Когда роды? Это мальчик или девочка? Ты хорошо себя чувствуешь? — Джесс рассмеялась тому, как засуетился Дин. — Мы узнали об этом буквально вчера. Роды будут где-то в районе двадцатых чисел августа. А вот пол мы узнаем только через месяц или два. И со мной все в порядке, если не считать утренней тошноты. Дин трепетал от счастья всё оставшееся до сна время. Он собирался стать дядей. Дин потянулся к книгам, которые ранее положил на тумбочку. Он заставил Чарли пойти в книжный магазин Анны и посмотреть, нет ли у них в продаже чего-нибудь из произведений Каса. Она вернулась с «Моим стражем» и третьей книгой из серии «Ангельские клинки» — «Опасной миссией». Субботнее утро было пасмурным и дождливым, поэтому Дин отказался от своих планов натереть Импалу воском. Он плотно закупился продуктами в магазине и вернулся домой. Стирка была отстойным занятием, присущим взрослой жизни, и как бы Дин не любил возиться с грязным бельем и порошком, он всё равно занимался этим время от времени. Дин отправил Бенни сообщение, чтобы узнать, не хочет ли тот зайти на стейк и, возможно, даже посмотреть фильм. Однако его друг не ответил. Дин на всякий случай оставил два стейка мариноваться в холодильнике и сел за свой ноутбук. Он проверил свою страницу на Facebook: там не было ничего нового или интересного. Чарли вела аккаунт тату-салона, а личная страница Дина была частной, и её могли просматривать только друзья и семья. Строка поиска Google находилась в самом центре экрана, и он в порыве любопытства набрал запрос: «Кастиэль Новак». — Черт, — пробормотал Дин. За этим мужчиной тянулся огромный информационный след в Интернете. Дин открыл авторскую страницу Кастиэля: в фотогалерее сразу же отобразились его свежие фотографии со Стивеном Кингом, Ами Джеймсом, мэром Нью-Йорка... Черт… Да этот парень знаком со всеми. И, судя по всему, «Мой страж» был бестселлером New York Times. После изучения писательской жизни Каса, Дин открыл его профиль на странице университета: — Профессор Новак преподает американскую и мировую литературу, — Дин зачитывал информацию вслух, используя свой самый высокомерный тон голоса. На фотографии Кас выглядел как истинный профессор: в классическом костюме и галстуке, он сидел за столом, на котором бесчисленные стопки бумаг не оставили и дюйма свободного места. Дин закрыл вкладку университета, но Google-поисковик продолжал подсказывать, что у Каса ещё были аккаунты в Facebook и Twitter. Страница Facebook была общедоступной, и раз уж Дин тратил своё время на этот глупый киберсталкинг, он решил заглянуть и туда. Здесь было несколько фотографий Каса с различных мероприятий и вечеринок. Дин прочитал несколько комментариев под ними и оставил парочку лайков. Он уже собирался положить один из стейков в морозилку, когда на его телефон пришло уведомление. Это был Бенни. Дин был вне себя — он отправил сообщение три часа назад, а друг только соизволил откликнуться... СООБЩЕНИЕ ОТ БЕННИ / 17:35 — Ужин еще в силе? СООБЩЕНИЕ ОТ ВАС / 17:39 — Конечно. СООБЩЕНИЕ ОТ БЕННИ / 17:40 — Увидимся в десять. Ближе к вечеру Дин поставил картофель запекаться в духовку. Они оба были любителями мяса и углеводов, им не нужен был салат, чтобы дополнить трапезу. Когда Бенни позвонил в дверь, Дин ставил разогреваться черничный пирог, который сам же ранее и заморозил. — Я не с пустыми руками, — сказал Бенни, держа в руках упаковку из шести банок любимого пива Дина. Весь следующий час Дин был счастлив: Бенни впервые за долгое время снова был просто его другом. Они стояли у гриля и увлеченно болтали о футболе, а после с аппетитом поели и выпили пиво, которое принес Бенни. После ужина Дин стоял у своего шкафа, разглядывая названия дисков DVD, выбирая фильм, пока не почувствовал руки Бенни на своей талии... И как Бенни трется пахом о его задницу. — Бенни, остановись, — Дин застыл на месте, крепко сжимая в руках коробку из-под фильма «Мумия». — Ты же не хочешь, чтобы я останавливался, сладенький? — Бенни низким голосом шептал ему на ухо, что злило Дина всё сильнее. — Нет, хочу. — Дин развернулся и оттолкнул Бенни, объясняясь с ним языком физической силы, и это сработало — Бенни поднял руки, отступая. — Что с тобой, Дин? — Я больше не хочу быть твоим приятелем для траха, — Дин встретился взглядом со своим другом. — Я хочу, чтобы мы снова стали просто друзьями, — Бенни уставился на него, сжав губы в тонкую линию. — Друзья? Мы друзья, Дин. Мы можем быть, как «два в одном»: и тем, и другим. Идея быть друзьями с привилегиями сработала, не так ли? — Так и было... Какое-то время... Но теперь... Каждый раз, когда мы собираемся вместе — это только ради секса. Что случилось с тем, чтобы выпить пару кружек пива после работы... Или посмотреть матч? — Ты говоришь как гребаная девчонка, Дин, — Бенни схватил свою куртку и начал её порывисто одевать. — Ты хоть сам это осознаешь? Ты сейчас уходишь! Я всего лишь сказал «нет» сексу, и ты сразу же собираешься свалить? — С меня достаточно... — Бенни оборвал фразу на полуслове и бросился к двери, будто хотя сбежать. Дин перехватил его и, толкнув друга в грудь, припечатал к стене. — Закончи предложение. — Я ухожу, — Бенни попытался обойти Дина, но не смог. Дин внимательно следил за ним, качая отрицательно головой: — Нет, пока ты не расскажешь мне, что с тобой происходит. — Я... — Бенни опустил голову и засунул руки в карманы куртки. — Я сделал кое-что глупое, Дин. И я не знаю, как это исправить. Дин повел Бенни назад в дом, к дивану. — Садись. Бенни послушно опустился на предложенное место, а Дин сел на кофейный столик лицом к нему. — А теперь рассказывай. Бенни опустил взгляд на свои сцепленные руки и тихо заговорил: — Помнишь Андреа? — Да, темные волосы, симпатичная... — Дин задумался, перебирая в мыслях воспоминания. — Вы встречались в прошлом году... Всего пару недель, верно? — Да. Она забеременела. — Ох, — из Дина вырвался вздох, он не знал, что можно сказать в таком случае. — И я женился на ней. Дин был так потрясен, что даже резко вскочил на ноги: — Ты женился на ней! Какого хрена, Бенни? Почему ты мне не сказал? — взгляд Дина опустился к рукам Бенни, к его безымянному пальцу, он с дикой жадностью искал дополнительные доказательства к словам друга и, действительно, их нашел — теперь Дин заметил этот красноречивый след белой кожи там, где обычно носят обручальное кольцо. — Что случилось с нашей чертовой дружбой? Бенни поднял ладони, чтобы растереть лицо, будто разрушая одну из своих лживых масок, а затем сдавлено начал говорить: — Я думал, ты попытаешься отговорить меня. Мы полетели в Вегас, чтобы пожениться. У меня есть сын. — Блядь, я тебе даже не верю. Женат, у тебя есть ребенок, а ты все еще хочешь, чтобы мы... — Дин качал головой, не в силах справиться с такими новостями. — Я же даже больше не знаю тебя. — Это было глупо. Я такой... Такой... Я даже не могу больше находиться рядом с ней. Она спит со своим боссом. — Это похоже на очень дешевый сериал. Почему бы тебе просто не развестись с ней? — Она католичка... Очень праведная. Она не хочет, чтобы ее семья думала о ней хуже. Они потомственные аристократы из Батон-Руж. — Давай подведем черту, правильно ли я понял... Ты встретил девушку, обрюхатил её и женился на ней, потому что это было, блядь, правильно... Теперь она трахается со своим боссом, а ты трахаешься... Со мной. А что насчет ребенка? — Его зовут Нико. Он прекрасен, Дин. — Нико? — Она гречанка. Если я её оставлю, то больше никогда не увижу сына. Её родители об этом позаботятся. — Почему ты не мог раньше прийти ко мне со всем этим, Бенни? Мы привыкли всё обсуждать. Вспомни, сколько дерьма я наговорил тебе о своем отце, когда мне было плохо... Бенни встал, его поза была напряженной. — Потому что ты наконец-то начал строить свою жизнь... Развивать тату-салон. Я просто не хотел перекладывать на тебя свои гребаные проблемы. Я придурок. — Это просто охренительно, чувак. Ты не хочешь делиться со мной своими проблемами, но все равно хочешь трахаться. Друзья так не поступают. — Я просто хотел хоть что-то почувствовать. Я чертовски устал от своей жизни. Я работаю... А потом... Потом я возвращаюсь домой, в шикарный дом... Который купили нам ее родители, потому что мой дом был недостаточно хорош. Она даже не хочет делить со мной постель, но заставляет меня вести себя так, будто мы чертовски счастливая семья. Дин искренне хотел пожалеть Бенни; но Бенни так долго и подло его использовал, что горькое чувство от предательства заполнило сердце Дина до краёв, вытесняя все остальные его эмоции и переживания. — Поговори с Сэмом. Он не юрист по бракоразводным процессам, но, вероятно, сможет свести тебя с кем-нибудь. Она не сможет забрать у тебя ребенка. У меня отложено немного денег... Если они тебе понадобятся. — Но она... — У тебя есть только два варианта. Оставаться в браке и быть несчастным, или развестись. В любом случае, между нами все кончено. — Дин, ты не можешь так... Мы же друзья... — Мы были друзьями, Бенни. Друзьями не лечат... — Дин резко вдохнул, умолкая. — Когда ты пришел в тату-салон той ночью... Я сказал «нет», Бенни. Я, блядь, сказал «нет». Но ты разозлился, и я все равно дал тебе то, что ты так жаждал, потому что не хотел терять тебя как друга. Это слишком даже для меня. Я больше не позволю так обращаться с собой. Бенни выглядел так, словно он получил пощечину. Его глаза наполнились слезами, и он отступил на шаг назад. Дин отвёл взгляд от его лица. — Мне жаль, Дин. Очень жаль. Пожалуйста, прости меня. Я сделаю всё, что угодно. Я хочу сохранить нашу дружбу. Пожалуйста. — Дай мне немного времени, Бенни. Мне нужно время, и послушай, поговори с Сэмом. Дин ещё долго стоял спиной к двери после ухода Бенни. Он точно знал, что однажды простит Бенни. Может быть, когда-нибудь они снова станут друзьями, но прямо сейчас он не мог позволить втянуть себя в этот любовный треугольник. Бенни нужно было наладить свою жизнь и решить все накопившиеся проблемы, прежде чем они смогут исправить хаос, сложившийся между ними. Стал ли Дин эгоистом из-за того, что теперь Бенни предстояло пережить сложный период без его поддержки? Если бы Бенни просто пришел к нему раньше... Брак был чертовски важным событием, и теперь их «дружба с привилегиями» не была просто тайной или даже ложью, а становилась настоящим предательством. Дин, возможно, и не был святым в этой жизни, но он никогда никому не изменял...***
Кастиэль провел субботу, бегая по делам: он забрал вещи из химчистки, сходил за продуктами и поменял масло в машине. Вернувшись домой, он сел писать, и когда он наконец сделал перерыв, был потрясён, увидев, что на улице стемнело. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз, вот так, всецело растворялся в своих историях. Он спал урывками, чувствуя зудящее нервное возбуждение: всего через несколько часов он увидится с Дином. Этой ночью его мысли были похожи на игру в пин-понг. Должен ли он последовать совету Мэг? Мэг сказала, что он — зануда. Кастиэль знал, что у него нет таких крутых социальных навыков, как у его брата; но слово «зануда» звучало как диагноз, как клеймо. Кастиэль мог быть веселым. Сидя с утра за чашкой кофе, он начал рисовать каракули в блокноте, пока они не сложились в большие печатные буквы, формируя надпись: «ВЕСЕЛО». Кастиэль подпёр подбородок руками и осознал, что он — скучный... Как мог кто-то такой удивительный, как Дин, им заинтересоваться? Кастиэль надел свободные джинсы и рубашку поло, зашнуровал потуже кроссовки и направился в тату-салон. Неоновая вывеска была выключена, но свет внутри горел, поэтому Кастиэль попытался открыть дверь и обнаружил, что она заперта. Он постучал — вскоре за стеклом появился Дин, одетый в джинсы с низкой посадкой и черную футболку с эмблемой Rolling Stones, мужчина поспешил открыть ему дверь, но совсем не улыбался. — Привет, Дин. — Кас... Они стояли в дверях, пристально глядя друг на друга. Кастиэль не думал, что когда-либо видел глаза такого зеленого оттенка, как у Дина. Именно такими он представлял себе глаза Каэля. — В четверг... — начал говорить Дин, замявшись. — Да? — Я был таким идиотом... Я перебрал с алкоголем, и, думаю, я выставил себя полным придурком. — Это извинение? Дин фыркнул, и уголки его губ приподнялись. — Да, Кас, это было извинение. Кроули — отличный парень, надеюсь, я ничего вам не испортил. — Я принимаю твои извинения, Дин. Однако Кроули меня не интересует. Он был милым и очень забавным, но не в моём вкусе. — Вау, ладно. Я полагаю, ты хочешь увидеть дизайн? — Для начала это было бы славно, — Кастиэль приподнял бровь, немного забавляясь, поскольку Дин так и не отошел от двери. — Да, точно, — Дин отступил на несколько шагов, позволяя Кастиэлю войти в тату-салон, и запер за ним дверь. — Пойдем сюда, — Дин подошёл к столу, на котором они с командой обычно разрабатывали различные дизайны, и развернул нужный рисунок. — Дин, это великолепно! Так оно и было. И судя по довольному лицу Дина, они оба прекрасно понимали это. Кастиэль был поражен талантом этого человека — каждое перо было прорисовано столь детально и филигранно, что вся работа выглядела почти как черно-белая фотография. — Значит, тебе нравится? — Очень, — Кастиэль достал бумажник и протянул Дину кредитную карточку. Он подождал, пока Дин рассчитает цену за работу с ориентировочным количеством часов. — Ты можешь заплатить половину сейчас, а с остальным мы разберемся, когда настанет время последнего сеанса. Кастиэль знал, что в большинстве тату-салонов была принята сразу полная оплата суммы, авансом, поэтому возразил: — Я могу заплатить полную сумму, Дин. Даже если она превысит лим... — Как скажешь, — Дин взял кредитную карточку и провёл её через терминал. Кастиэль уже приготовился, чтобы ввести пин-код карты, как заметил сумму всего в три тысячи долларов. — Это за четыре сеанса, по четыре часа каждый. Мы можем изменить сумму, если тебе нужно будет больше времени. Когда я буду работать рядом с позвоночником и вокруг локтей, это будет очень неприятно. Реально больно. Мы можем добавить ещё один или два сеанса, если тебе потребуется... — В этом счёте указана неправильная сумма. Должно быть четыре тысячи. — Я сделал тебе скидку по особому промокоду: «Дин-ужасный-пьяница-3000», ты как раз его активировал пару дней назад, — Дин иронично ухмыльнулся, и его глаза игриво заблестели. — Думаю, тогда ты получишь отличные чаевые, — Кастиэль улыбнулся и завершил оплату. — Начнём? Кастиэль вытащил край рубашки из-за пояса и стянул ее через голову: — Где ты хочешь?.. — Хм... Я думаю, ты можешь пока лечь на кушетку. Кастиэль подошел к рабочему месту Дина, и лег животом на мягкую виниловую обивку кушетки. Он слышал, как Дин ходит вокруг, готовясь, и попытался расслабиться. Набивая прошлые тату, он никогда не переживал, но поскольку это был Дин, он чувствовал волнение, которое покалывало его кожу, будто в воздухе повисло электрическое напряжение. — Хорошо, я распечатал переводку. Думаю, ты знаешь, что я буду делать, — Кастиэль почувствовал как руки Дина, уже спрятанные в рабочие перчатки, растирали холодный гель по его спине; Дин нежным прикосновением спустился к его левому боку, и Кастиэль закрыл глаза. Он услышал шелест трансферной бумаги и почувствовал, как она касается его спины. Дину потребовалось несколько минут, чтобы завершить перевод изображения на кожу. — Ладно, иди посмотри в зеркало. Кастиэль сделал, как ему было сказано. Дин протянул ему небольшое зеркало, чтобы он смог всё рассмотреть; и то, что Кастиэль увидел в большом настенном зеркале, заставило его довольно улыбнуться. — Идеально... — Тогда давай сделаем тебе крылья. Кастиэль вернулся на кушетку и снова почувствовал руку Дина на своей спине. Он услышал жужжание включившейся тату-машинки и контрольный вопрос: — Готов? — Да. Кастиэль сначала чувствовал боль от иглы, а затем ровный гул работы погрузил его в оцепенение, которое дарило онемение и баюкало его разум, как какая-нибудь модная медитация. — Какой же типаж в твоём вкусе? — спросил Дин после первых двадцати минут непрерывной работы, и это был первый раз, когда кто-либо из них заговорил за это время, если не считать уточняющих вопросов Дина: «Всё в порядке?» и «Терпимо?». Кастиэль понимал суть вопроса Дина, поэтому ему не требовалось время, чтобы собраться с мыслями: — Я не уверен, — начал он. — Я знаю, чего точно не желаю видеть в партнёре; но не думаю, что уже сформулировал чёткий образ человека, которого хочу на самом деле. Точно кого-то преданного и честного. Недавно мне сказали, что я — зануда, так что, может быть, я ищу того, кто сможет показать мне, что такое веселье. Ответ Кастиэля, казалось, удовлетворил Дина. Он продолжил работать вдоль позвоночника Кастиэля, и теперь было действительно больно. Кастиэль глубоко вдохнул и сжал челюсти. — Почему «Carpe Diem»? — Я сделал её в тот же день, когда защитил докторскую диссертацию. Тогда казалось, что я могу покорить мир. А цитата Оскара Уайльда... Я сделал ее после того, как продал свою первую книгу. Знаешь, она вызвала кучу критики от некоторых религиозных групп... Я верю в Бога, но не принадлежу какой-нибудь религии. Я просто надеюсь, что все, у кого добрая душа, попадут на небеса, даже грешники. — Мир в твоих глазах крут. Думаю, я верю во что-то похожее. Иногда я не уверен, что Бог существует, но бывают случаи... — Кастиэль с легкостью представил, как Дин в этот момент пожимает плечами. — Карп кои олицетворяет мою решимость достичь своих целей. — Ты уже достиг парочку? — Думаю, да. Во всяком случае, сейчас точно есть одна, к которой я стремлюсь. — И какая? — спросил Дин, останавливаясь, чтобы вытереть кровь и чернила. — Найти человека, с которым можно разделить оставшуюся жизнь. Дин долго молчал, в помещении звучало только рабочее жужжание. Иглы вонзали чернила под кожу Кастиэля, и он был абсолютно спокоен, почти в эйфории. — Найти идеального человека — задачка не из простых, — наконец сказал Дин. — Я не ищу совершенства, Дин. Я ищу того, кого полюблю и кто сможет полюбить меня в ответ. Меня не волнует, что у него будут недостатки. Они есть у всех. Над ними снова повисла уютная тишина. Кастиэлю показалось, что он даже задремал на несколько минут. — Прошло два часа. Мне нужен перерыв, чтобы размяться. Хочешь воды или чего-нибудь ещё? — Было бы неплохо попить воды, — Кастиэль скатился с кушетки и встал. Он наблюдал, как Дин вытягивает руки над головой и разминает шею. — У нас есть маленький холодильник за ресепшеном, — Кастиэль последовал за Дином. Мужчина достал две бутылки воды и передал одну из них Кастиэлю. — Почему крылья? — Дин прислонился к стойке, и Кастиэль заглянул ему в глаза. — Это моя свобода. Свобода быть тем, кто я есть. Не тем, кем хотели меня видеть мои родители. Не подчиняться тому, что диктует общество; а действовать самостоятельно, руководствуясь своей головой, своими желаниями. — Ты загадка, Кас. — Как же так? — Кастиэль наклонил голову вбок. — Ты супер-умный и носишь эти важные костюмы, но под ними... Ты безумно красивый и весь в татуировках. Ты как будто не вписываешься ни в какие рамки. Ты преподаешь литературу, но в своих книгах описываешь горячий секс. И давай не будем забывать о твоих навыках выпечки, — Кастиэль мягко улыбнулся. — Откуда ты знаешь, что я пишу «горячий секс»? — Я сейчас читаю одну из твоих книг. Кастиэль почувствовал, как его щеки вспыхнули от смущения под пристальным взглядом Дина. — О, — от мысли, что Дин читает его эротические рассказы, у него по коже побежали мурашки. — Может, обсудим это попозже за кофе? — С удовольствием, Кас. Кастиэль заметил, что Дин тоже смущенно покраснел.